Кризис, депрессия, оживление и подъем

Классические фазы экономического развития «кризис, депрессия, оживление, подъем» в психиатрии не работают. Никакими обновлёнными и полными жизненных сил пациенты после лечения не становятся. Обычно испытывается в основном опустошенность, будто бы какие-то вампиры высосали всю энергию. Кризис в течение любого расстройства — это, как минимум, выкинутые из жизни недели. Как минимум, потому что в максимальном варианте он может в прямом смысле убить человека. Будет это отказ от приёма пищи или прыжок с 15 этажа, но уровень летальности расстройства создают очень высокий. Поэтому кризисная психология — это всегда игра, но не со смертью, а на грани жизни и смерти.

Кризисная психотерапия считается весьма рискованным делом

Вопрос поставлен ребром

«Игрушки» подбрасывают сами больные. Самая главная из них — это амбивалентность. Обычно люди совершенно неправильно оценивают поведение во время попыток суицида. Им кажется, что люди играют какую-то аморальную роль, ущербно дразнят смерть. С одной стороны суицидник готов перерезать себе бритвой вены, а с другой — положил рядом с ванной жгут и бинты, для оказания себе первой помощи, и телефон не забыл, чтобы успеть позвонить по номеру 03. Психологические истины вообще не имеют ничего общего с логикой Аристотеля. Человек одновременно может любить и ненавидеть, стремиться к чему-то, что его страшно пугает, верить и отрицать то, во что он верит. Чем острее переживания, тем более явным становится наличие параллельных «Я» и «не-Я». Если бы было иначе, то суицидология и кризисная психотерапия потеряли бы всякий смысл.

А правила тут простые. Убеждать, доказывать, объяснять, взывать к душе и умным голосом твердить «одумайся!» никакого смысла не имеет. Это тоже самое, что читать лекцию о вреде алкоголизма алкоголику четвёртой стадии и считать это лечением. Человек пытается себя убить, потому что не может справиться с огромной душевной болью. Самоубийство для него — это решение проблемы.

Переубедить суицидника словами не часто получается

При этом логика у него есть. Смерть прекратит поток сознания, а следовательно остановятся и муки, которые он испытывает. При этом присутствуют два фактора:

  • всё это совершается в состоянии крайнего напряжения;
  • в сознании преобладает туннельность или зауженность мышления.

Самоубийца ставит вопрос ребром, но при этом количество вариантов ответа сведено к двум. Или какое-то волшебное решение его главной проблемы или смерть.

Смерть пьющего военного снабженца

Один мужчина сбросился с крыши очень высокого дома. В предсмертной записке он поведал, что делает это из-за того, что не может бросить пить. Он служил в армии, на должности снабженца. В гражданской жизни и военной такие специальности связаны с фуршетами и банкетами. Пил, пил, пил… Уже понял, что потихоньку теряет личность, появились и признаки алкогольного психоза. Он проанализировал ситуацию и обнаружил, что даже во время анализа собственного алкоголизма пьёт. Пойти лечиться — потерять карьеру. Тогда в армии были постоянные сокращения штатов и алкоголика сразу бы уволили из рядов. А сам по себе он не остановится. Что делать? Написал: «Не смогу бросить пить никогда. Пить больше не могу!»… И спрыгнул с крыши.

Нас вводят в депрессию некоторые обстоятельства и неразрешимые противоречия

Вполне возможно, что его на самом деле уволили бы, если бы он начал лечение в наркологическом центре. Да и сам процесс долгий, а отпуск дают не всегда. Но только тысячи уволенных в запас офицеров отлично устроились на гражданке. Хотя они тоже думали, что не представляют, как будут жить вне армии. Тысячи людей пьют, лечатся. И жизнь продолжается. А он вот решил вопрос по-своему…

Разумеется, убегал на тот свет он не от алкоголизма, а от неразрешимого противоречия. Половина души хочет бросить, другая половина видит невозможность и понимает, что отказаться от спиртного получится только до первой пьянки.

Очень даже обдуманный поступок

Любой суицид является реакцией на наличие фрустрированных психологических потребностей. Почему-то люди верят в то, что самоубийство — это необдуманный поступок. Вот уж нет… Сами самоубийцы видят его очень логичным и полностью оправданным. И они на самом деле долго это обдумывают. Только кажется, что человек хватает верёвку и спонтанно бежит вешаться. На самом деле он думал о том, что это выход очень давно, а бежит, чтобы не успеть отменить принятое решение. Не думайте, что суицидника нужно заставить думать, тогда он примет мол правильное решение и не станет прекращать свою жизнь. У него есть потребности, которые ему не удалось удовлетворить и он полностью убедился или убедил себя в том, что удовлетворить их не сможет. От этого они и стали фрустрированными, т. е. про них иногда и думать неприятно. Если получится реализовать потребности или пересмотреть их, то и суицида не будет.

Беспомощность и безнадежность — вот причины, ведущие к суицидальным мыслям

Другим общим заблуждением является уверенность в том, что основная испытываемая самоубийцей эмоция является враждебность. Он мол враждебно относится к себе или своим близким, поэтому сводит счеты с жизнью. Девушка парню отказала, а он ей в отместку повесился. Пусть теперь она плачет и страдает… Даже, если он так говорит, то всё это чепуха. Детские сказки, придуманные в момент острого перевозбуждения. Он испытывает чувство беспомощности-безнадежности. И вся проблема-то в том, что он прав. Девушка давно уже целуется с другим парнем. Ему нет места в её сердце. Как решить эту проблему? Ну можно приворожить её, а можно покончить с собой. Естественным путём проблема не решается, а решение ему необходимо, потому что осознание того, что она ему не принадлежит доставляет муки.

Практические методы

Кризисная психодиагностика и психотерапия иногда понимаются не совсем правильно. Да, безусловно психотерапевт обязан сохранить жизнь человека. Только здесь нужно вспомнить о том, какую задача решает терапия вообще. Она помогает людям, которые сами просят о помощи. Потенциальный самоубийца имеет только одну модель коммуникаций. Он сообщает о своём решении уйти из жизни. Это одновременно просьба о спасении и способ убедить себя в том, что принято правильное решение. Суицидник совершенно не обязан сообщать о своём решении стоя на краю карниза. Он может позвонить по телефону за несколько часов до акта самоуничтожения или даже за несколько дней. И это тот случай, когда на желание пациента стоит обращать внимание только в контексте того, каким образом желание смерти может стать желанием жизни. Вспомним ещё раз про амбивалентность.

Палитра практических методик действия в момент кризиса не так уж и богата. Чаще всего всё сводится к интервенции в сознание и выполнению там действий, направленных на снятие напряжения. В конечном итоге человек должен понять, что психолог его не осуждает. Информировать самоубийцу о своём отношении не обязательно. Главное — снять напряжение. Особых «волшебных» методов для этого не существует. В определённый момент самоубийца превращается в пациента и начинает выговариваться. Ну это и есть лучший способ. Да и ситуация уже становится обнадёживающей.

Самоубийцу важно вовремя остановить

В завершении же кризисной работы устанавливается договорённость о том, что он посетит кабинет психотерапевта, а в случае нового кризиса вновь обратится к нему по определённому телефону. Вот такие вот «кризис, депрессия, оживление»…

Стоит увидеть:  Маниакальная депрессия