Элективный мутизм

Элективный мутизм — это отдельный вид избирательного мутизма, когда человек разговаривает только с определёнными людьми, при определённых обстоятельствах и находясь в определённых условиях. Вопреки распространённому заблуждению, такой вид мутизма встречается и у взрослых и у детей. Только элективный мутизм у детей более заметен, а сами дети не обладают всеми правами взрослых. Взрослый может подобрать под такую особенность определённый вид работы, социальных отношений и получится, что он просто имеет право с теми общаться, а с теми не общаться вербально. Ребёнок же, который отказывается от общения со сверстниками и учителями, сразу признаётся проблематичным, поскольку это имеет непосредственное отношение к его обучению в школе. Поэтому достаточно быстро родителям настоятельно рекомендуют обратиться к специалистам.

Вот что обозначает элективный мутизм

Суть проблемы и немного эпистолярного жанра

У детей такое состояние обычно проявляется в возрасте ещё 3-5 лет. Это замечают ещё в детском саду, но чаще всего данный факт не влечет за собой никакой коррекции.

Школьникам диагноз ставится в том случае, если избирательность в общении наблюдается более 6 месяцев, хотя в МКБ-10 указан срок в один месяц. Распространённость в среде детей у этого расстройства что-то около 3-8 на 10000. Иногда наблюдаются странные виды мутизма, которые не являются непосредственной психологической проблемой. К примеру, ребёнок из семьи иммигрантов попадает в школу, где никого не знает, а язык страны проживания понимает плохо. Он опасается, что над ним будут смеяться, что его не поймут и отказывается от общения. Однако это проходит уже через месяц. Достаточно ему увидеть доброжелательное к себе отношение и понять, что многие сверстники не против даже учить его тому, как говорить правильно, как от «молчанки» не остаётся и следа.

Встречается и временный мутизм у детей, которые воспитывались с родителями и детский садик не посещали. Автор этих строк относится к таким детям. В первый класс я пошёл с багажом знаний на уровне третьего. Когда учительница спрашивала у меня, сколько будет 4+5, то я думал, что она смеётся. Говорил, конечно, но не понимал, зачем это нужно. Мои ответы всегда содержали слова «конечно», «разумеется». Мне было трудно сказать просто «4+10=14», поэтому я добавлял «ну конечно же». Сверстники виделись какими-то странными и непонятными. Я искренне не мог понять, почему они думают над такими простыми вещами. До явного мутизма не дошло, но сознание выработало стойкую «стену». Подошедшего на переменке и что-то говорящего сверстника я мог воспринимать в качестве одного из фоновых элементов среды, а издаваемые им звуки ничем не отличались от любого постороннего шума.

В результате сознание лишается возможности отождествить речь собеседника с ним самим. Общаться пришлось бы не с другим первоклассником, а с отдельными, издаваемыми им звуками.

Этот «эпистолярный жанр» приведён не для того, чтобы похвастаться своей детской гениальностью. Никакого подвига в том, чтобы изучить программу начальных классов в шесть лет нет. Объём информации, которая она содержит на самом деле мал. Само начальное школьное образование по большей части направлено на то, чтобы привить ребёнку навыки учиться и общаться. Выучить же таблицу умножения и понять роль скобок в математических формулах, как и значение переменных может и ребёнок шести лет. Правда, такое раннее развитие неизбежно порождает проблемы коммуникаций.

Стоит увидеть:  Дистимия

Если бы автору когда-то пришлось работать с детьми, страдающими элективным мутизмом, то он оказался бы перед выбором. С одной стороны ребёнок имеет право не общаться с кем-то. С другой, как всегда в случае с срабатыванием психической защиты не так, как это нужно, она приносит больше вреда, чем пользы. В чём, собственно, проблема? В том, что ребёнок теряет способность приспосабливаться. А вернее так: он понимает, что приспосабливаться к среде нужно, но считает это слишком трудным или ненужным делом. Последнее из-за того, что мир детства — это жизнь на всём готовом.

Элективный мутизм — это социально-тревожное расстройство, связанное с построением системы самоидентификации

Без сомнения элективный мутизм представляет собой часть социально-тревожного расстройства, является одной из форм попыток построения системы самоидентификации. Чаще всего дети не говорят в школе, но вполне нормально общаются в семье. Только в редких случаях — наоборот. Общаются в школе, но молчат дома, иногда делая исключение только одному или двум родственникам. Всё дело в том, кого ребёнок воспринимает целостно и впускает в свой мир, а кого нет.

Элективный мутизм, что это такое?

Если кто-то задастся целью изучать не саму проблему, а отношение к ней, то увидит массу противоречащих сведений. В основном в качестве причин указываются:

  • сверхценное поведение, связанное с негативным отношением к месту, личности, коллективу;
  • социофобический эффект — тоже самое, но наоборот. Ребёнок боится показать свой низкий уровень развития интеллекта или самой речи;
  • истерический аспект — ребёнок стремится привлечь к себе внимание, создать имидж слабого, чтобы по отношению к нему был сформирован щадящий режим психических и других нагрузок;
  • депрессивное состояние — низкий витальный тонус, заторможенность.

Разумеется, возможно и рассмотрение комплексных причин. Выделяют ещё и такие причины, как страх услышать свой голос, уход в себя в силу реактивной депрессии, пассивно-агрессивную форму, когда молчание представляет собой способ враждебного отношения к окружающим.

Отсюда и сложности с выработкой конкретных методик терапии. Сразу отметим, что в наиболее серьёзных формах детям с элективным мутизмом назначают препараты. Делать это нужно только в том случае, когда уровень социальной адаптации стал наиболее низким. Мы бы вообще этого не делали, или делали с учётом очень большого ряда факторов.

Одной из причин элективного мутизма может быть депрессивное состояние

Кто-то назначает хлордиазепоксид, диазепам, оксазепам и даже, хоть и в небольших дозах, феназепам. Это относится к тем случаям, когда ребёнок слишком взволнован от нахождения в школьной среде. Мы транквилизаторы просто не любим и в терапии стараемся избегать. В любом случае, если транквилизаторы, то в них нет никакого смысла, если ребёнок не получает никакой информации, у него не вырабатывается никаких навыков общения.

Стоит увидеть:  5 видов социальной идиотии

Так же дают ноотропы, тимоаналептики, мягкие нейролептики противотревожного действия, антидепрессанты. Можно сказать, что используется весь арсенал психоактивных средств. Из него выбирается что-то уместное для данного случая и подбираются умеренные дозировки. Мнение автора — всё это имеет смысл, если состояние юного пациента мешает самой психотерапии: он слишком замкнут, построил слишком большую сверхценную идею и т. п. Нужно помнить, что лечение проводится амбулаторно, ребёнок посещает школу, и воздействие на его психику любых веществ может оказаться совершенно непредсказуемым.

Элективный мутизм у детей: коррекция

Знающие люди говорят, что проблема не так страшна, как кажется. Оговоримся, что при диагностировании нужно исключать отсталость в умственном развитии, детскую шизофрению, аутизм, возможные органические заболевания. В подавляющем большинстве случаев это не доставляет особого труда, поскольку другие расстройства или заболевания всегда имеют свои собственные симптомы.

Применяют самые разные методики и подходы. Свои плоды дают семейная и индивидуальная психотерапия, тренинги общения, арт-терапия, игротерапия, интегративная психотерапия. Многим детям намного проще проиграть свои внутренние противоречия и страхи, представить их каким-то образом, даже создать увеличенные или уменьшенные проекции своих переживаний в виде каких-то образов.

Игротерапия — хороший метод лечения элективного мутизма

Практика показывает, что ребёнка гораздо сложнее научить использовать определённые методы в ходе жизни. К примеру, он не станет дышать каким-то образом, если его одолевают определённые чувства. Во многом это связано с тем, что рекомендации что-то изучить и использовать в ходе жизни дети воспринимают так же, как и школьные домашние задания. Ну и отношение соответствующее. Поэтому максимум внимания нужно уделять самим сеансам психотерапии, строить их на игре и всём том, что ребёнка может искренне заинтересовать.

Дети вполне продуктивно относятся к обучающим беседам и довольно активно реагируют на элементы психоанализа. Конечно, им и слова такого знать не обязательно. Однако случай из практики. У первоклассника была явная социофибия с элементами мутизма. Не то, чтобы он негативно воспринимал школу или одноклассников, учителей. Просто необходимость пойти в первый класс вырвала его из привычного мира. Однажды это вызвало стресс, и справиться сам с ним он не мог. Это может показаться очень странным, но мальчик активнейшим образом помогал психотерапевту воссоздать картину этого первого стресса. Более того, он только и ждал, чтобы кто-то помог изменить ассоциации. Всё получилось достаточно успешно. В определённый момент он сам понял, что всё это время хотел оказаться в школе, но не мог побороть впечатления и устраивал скандалы перед каждым походом в школу.

Дети достаточно часто сталкиваются с элективным мутизмом

Родители были необычайно удивлены. Вдруг всё изменилось. Как будто проблем и не было. А работа оказалась до удивления простой. Мальчик в состоянии совсем мягкого транса представил себе свой страх. Потом попросил его больше не являться, и страх послушался. Иногда у детей можно поучиться. Взрослым сделать тоже самое намного труднее, а психика ребёнка ещё не обросла рамками множества ограничений и установок.