Кататоническая шизофрения

Описание любой шизофрении по внешнему виду пациентов — занятие достаточно неблагодарное. Более того, рассмотрение бреда по самим словам больных тоже. Кто-то из знающих людей заметил, что в беседах с больными психиатры или задают стандартные вопросы, потому что должны их задавать, или подкалывают пациентов. Всё дело в том, что мы слишком большое значение придаём своему сознанию. Оно кажется нам грандиозным, нужным, дающим возможность жить и творить. Если с ним что-то не так, то это может вызвать иронию даже у специалистов.

При кататонической шизофрении больной теряет возможность управлять своим телом

Сознание само по себе

В действительности же это достаточно блеклое инструментальное средство. Достаточно подсознанию от него «оторваться», как человек станет носителем всех негативных симптомов. Они не являются результатом нарушения. Они есть и так, но расстройство делает эти особенности слишком заметными. Это и амбивалентность мышления, поверьте — она есть у всех и каждого и не является ноухау шизофреников, и аутизм, — в глубине себя мы все замкнутые эгоцентристы, которым другие только мешают, и разорванность потока мыслей.

Проследите за своими мыслями, разве они не прыгают с одного на другое, разве внутренний диалог не похож по смыслу на мышление кукушки из настенных часов? Беда больных в том, что их подсознание не омывает берега сознания волнами своих образов. Поэтому так явно видны все издержки. Это не расстройство мышления как таковое, а его сиротливость. Можно сравнить с двигателем автомобиля без кузова и ходовой части. Контролирующая часть сознания занята чем-то своим, подсознание играет свою игру, а мышление в растерянности крутится на холостом ходу.

Одно из самых тяжелых расстройств психики

Одной из самых тяжелых является кататоническая шизофрения. В отличие от параноидной, при которой больной может ходить, брать предметы, жестикулировать, при кататонической теряется ещё и возможность управлять своим телом. Оно будто бы перестаёт быть частью человека. Вот такая глубокая разобщённость всего и вся. Фото больных кататонической шизофренией часто создают обманчивое впечатление. Мы привыкли думать, что мышление и телесные функции должны быть как-то связаны между собой. Если мы видим, что кто-то сидит так, будто он деревяшка, то, по такой логике, в нём ничего не может происходить. Это совершеннейшее заблуждение. На самом деле во внутреннем мире такого пациента может твориться такое, что мы и представить себе не можем. Психику человека можно назвать космосом энергии и информации. Лучше даже сказать, не психика человека, а психика людей. Подсознание же может творить непостижимые и невыразимые чудеса. Всё то, что видит и переживает больной может отражаться в движениях тела или их патологическом отсутствии, но это не означает, что больной не испытывает никаких переживаний.

Кататоническая форма шизофрении чаще всего связывается с онейроидным синдромом. Про бред говорят очень редко, но просто по той причине, что редко удаётся вытянуть из больных хоть какие-то слова. Это же не означает, что прерван поток мышления. Он может идти точно так же, как и у больных параноидной шизофренией.

Тело при кататонической шизофрении разобщено с сознанием

Различают пассивную и активную формы. В первом случае больные впадают в ступор. Он может выражаться в застывании, сопровождаться восковой гибкостью или ригидностью. Во втором случае больные активны, но внешне такая активность выглядит лишённой смысла. Возможно совершение стереотипных движений.

Существует кататоническая шизофрения эпизодического типа, а эпизоды чаще всего идут с нарастанием проявления симптомов, и непрерывный тип течения. Наиболее опасны варианты, когда больные впадают в ступор. Мышцы в этот момент не напряжены так, как это происходит у здоровых, но находятся в застывшем состоянии. Это затрудняет кровоснабжение органов и становится причиной почечной, сердечной или лёгочной недостаточности. Так же нарушается и баланс мочи. Всё это требует включения в схему лечения обычной терапии, направленной на восстановление работы внутренних органов. В результате психиатрическая проблема обрастает ещё и проблемами поддержания жизнедеятельности организма, включая питание больного.

Во времена Юнга

Один из таких случаев описывает К. Г. Юнг. Пациентку к нему привезли с синими и холодными руками, застывшими глазами с расширенными зрачками и застойными пятнами на лице. Она была в кататоническом ступоре. Вполне возможно, что застойные пятна были не только на лице. Вряд ли он проводил полный осмотра тела. Девушке было девятнадцать лет, а в первый раз в больницу для душевнобольных она попала в семнадцать. Её поместили в санаторий, а к Юнгу привозили каждый день на консультации. Терпеливый Юнг добился того, что после усилий, которые длились несколько недель, девушка к концу часовой консультации произносила несколько слов шепотом. При этом, о чудо психотерапии, когда она пыталась что-то сказать, то зрачки сужались, пятна пропадали, а руки становились теплее.

В конце концов она начала говорить. Сначала наблюдались повторы, задержки в монологе, но потом речь стала более ровной. Что же происходило внутри больной? Она улетала на Луну, общалась там с лунным народом, спасала его от бедствий. Юнг исключал, что она это вычитала, поскольку особым образованием девушка не отличалась, про связь психических проблем с Луной, а так же о мифах, она ничего не знала. Весь этот онейроидный театр создало для неё её подсознание.

Карл Густав Юнг работал над исследованием кататонической шизофрении

Дальнейший анамнез был таким… Острый приступ со злокачественным течением остановился. Девушка стала более открытой для разговоров. При этом она проявляла эмоциональность и глубоко переживала то, что необходимо наладить свою жизнь в социуме. До такой степени глубоко, что месяцем позже случился новый приступ. На этот раз был припадок буйства. Был поставлен предположительный диагноз «эпилептоидное сумеречное состояние». Лечилась она ещё год, но после этого выздоровела. В течение 30 лет писала Юнгу письма, в которых уверяла, что полностью здорова.

На основании подобных случаев Юнг сделал вывод о том, что в отношении к лечению шизофреник ведёт себя так же, как пациент с небольшим неврозом. Он тоже хочет от недуга избавиться, но не имеет психической стабильности. В целом же Юнг был одним из первых, кто стал заявлять, что даже такие тяжелые случаи шизофрении поддаются лечению.

Симптомы кататонической шизофрении и то, что за ними стоит

С самими симптомами кататонической шизофрении всё достаточно ясно. Области сознания и нервной системы, которые управляют движениями тела, почти полностью «выключаются». Прослеживается ещё и дисфункция вегетативной нервной системы. Больной пытается сохранять какой-то телесный статус. Многие приходят в недовольство, если попытаться изменить положение их тела. Так же разделяются и сознание с бессознательным. Обычная рассудочная деятельность приостанавливается. Психический экран затопляется образами, которые конструирует подсознание. В результате образуется крайняя форма аутизма, доведенная до максимума. Если больные параноидной формой шизофрении замыкаются в своих жилищах и рвут социальные связи, то кататонический ступор — это ещё и разрыв со своим собственным телом. Образно говоря, подсознание намерено показать больному такое яркое и интересное кино, что не только задёргивает шторы и закрывает двери, но ещё и привязывает зрителя к его месту. В результате образуется полное погружение в мир психической реальности.

Кататонический ступор можно сравнить с погружением в мир психической реальности

Обратим внимание на то, что во времена, когда Юнг работал с пациенткой из нашего примера, нейролептиков ещё не было. Первый из них — хлорпромазин появился только в 1950 году, а этот случай относится, скорее всего, к концу 20-ых. При этом Юнг достаточно часто говорит о полной ремиссии, но часто это связано с тем, что может показаться странным. В частности он упоминает полное исцеление некоторых тяжелых больных, которое произошло в результате старания сиделок.

В современном мире, с его устойчивыми стереотипами, некоторые вывода Юнга могут восприниматься в качестве наивных. Но только записки врачей того времени, когда нейролептиков ещё не было, могут показать нам взгляд на саму проблему, а не на рассмотрение её в свете интересов фармахима.

  1. Говоря про лечение шизофрении кататонической и других тяжелых форм Юнг предлагал абстрагироваться от методов. Главное в максимальном погружении врача в состояние пациента, его личное участие. Конечно, это не только трудно, но и опасно. Юнг указывал на случаи индуцированного психоза у психиатров.
  2. Излечение Юнг считал возможным, но зависящим от индивидуальной конституции врача и пациента.
  3. Галлюцинации и псевдогаллюцинации он относил к тому, что образуется «захваченность архетипическими содержаниями». При этом он полагал, что чем умнее пациент, чем выше уровень его образования, тем больше шансов на благоприятный прогноз. Так же он предлагал информировать умных пациентом о безличностной природе образов бессознательного. Под умными мы понимаем изначальную способность понимать, анализировать и делать выводы. Другие — не обязательно глупы. К примеру, кататоническая шизофрения у детей непременно исключает возможность понимания пациентом истинной природы своих переживаний. Для ребёнка мир психики станет совершенно объективной реальностью. Поэтому и благоприятный прогноз сделать крайне трудно. Хотя он вовсе не исключается…
  4. Врачу лучше обсуждать с пациентом природу бреда, но для этого он должен понимать её сам. А значит знать о мифологии, антропологии и подобных вещах. Другими словами, Юнг предлагал изучать психику, знать её объективную структуру и выходить за рамки медицины, обогащая свои представления философией и религией. Как мы знаем, психиатрия стала развиваться совершенно в другом направлении.
  5. Кататоническую форму шизофрении Юнг относил к такому разряду расстройств при которых психогенная этиология не имеет большого значения. Так же он отмечал, что и параноидная форма шизофрении рано или поздно приводит к осложнениям, которые трудно объяснить психологически. А это значит, что мы всегда имеем дело с патогенным комплексом, который затрагивает тело и психику. Кататонический ступор говорит о том, что соматические нарушения имеют более глубокий уровень.

Кататоническая шизофрения: лечение

В настоящее время при лечении используются различные транквилизаторы, к примеру, обладающий активирующим, энергизирующим и растормаживающим действием тофизопам. Скорее всего его назначение будет уместно при ступоре.

Дроперидол могут использовать для вывода больного из кататонического ступора

В таком же случае назначают ноотропные средства, дроперидол, оксибутират натрия. Нейролептики используются при лечении кататонического возбуждения.

Стоит увидеть:  Маниакальная шизофрения